Евпатий Коловрат

Источник: http://myfhology.narod.ru

Евпатий Коловрат - герой русского эпоса. Во многом напоминает героя былин, которому, однако, пришлось биться не с Соловьем-разбойником, не с Идолищем поганым, а с самым реальным врагом Руси — ратью Батыевой.
«Повесть о разорении Рязани Батыем» — одно из самых трагических произведений древнерусской литературы (написано, скорее всего, в начале XVI века). О содержании его говорит само название. Летописный рассказ о приходе полчищ Батыя на Русь соединяется здесь с элементами былинного и легендарного повествования. Один за другим гибнут рязанские князья, хотя они бесстрашно бьются против превосходящих сил врага. При этом им удается уничтожить множество татар. Вот некоторые эпизоды борьбы: «И была сеча зла и ужасна... Батыевы же силы велики были и непреоборимы; один рязанец бился с тысячей, а два с десятью тысячами... И бились так крепко и нещадно, что и сама земля застонала, а Батыевы полки все смешались. И едва одолели их полки сильные татарские. В той сечи убит был благоверный великий князь Юрий Ингваревич, брат его князь Давыд Ингваревич Муромский, брат его князь Глеб Ингваревич Коломенский, брат их Всеволод Пронский, и многие князья местные, и воеводы крепкие, и воинство: удальцы и резвецы, узорочье и воспитание рязанское — все равно умерли и единую чашу смертную испи-ли. Ни один из них не повернул вспять, но все вместе полегли мертвые... И многих горожан убили, а иных ранили, а иные от великих трудов и ран изнемогли. А в шестой день спозаранку пошли поганые на город — одни с огнями, другие со стенобитными орудиями, а третьи с бесчисленными лестницами — и взяли град Рязань в 21-й день декабря. И пришли в церковь соборную Пресвятой Богородицы, и великую княгиню Агриппину, мать великого князя, со снохами и прочими княгинями посекли мечами, а епископа и священников огню предали — во святой церкви пожгли. И во граде многих людей, и жен, и детей мечами посекли, а других в реке потопили... и весь град пожгли, и всю красоту знаменитую, и богатство рязанское... И не осталось во граде ни одного живого: все равно умерли и единую чашу смертную испили. Не было туг ни стонущего, ни плачущего — ни отца и матери о чадах, ни чад об отце и матери, ни брата о брате, ни сродников о сродниках, но все вместе лежали мертвые...»
Вот в этот-то момент в повести появляется «некто из вельмож рязанских по имени Евпатий Коловрат»: с одним из князей он находил-ся в Чернигове и, узнав о нашествии Батыя, поспешил домой; «и выступил из Чернигова со малою дружиною, и помчался быстро». «И приехал в землю Рязанскую и увидел ее опустевшую, города разорены, церкви пожжены, люди убиты... И воскричал Евпатий в горести души своей, распаляяся в сердце своем». Обратим внимание, как древний русский писатель предельно сжато передавал состояние человека: горе и жажда мщения охватывают Евпатия при виде случившегося. Он опоздал к главному сражению и теперь хочет наверстать упущенное, хотя и знает, что ему придется разделить участь всех рязанцев. Безоглядное стремление выполнить воинский долг и готовность испить «единую смертную чашу» -- это в равной степени свойственно на-родному богатырю и княжескому воеводе. «И собрал небольшую дружину — тысячу семьсот человек, соблюденных Богом вне города. И погнались вослед безбожного царя, и едва нагнали его в земле Суздальской, и внезапно напали на станы Батыевы. И начали сечь без милости, и смешалися все полки татарские. И стали татары точно пьяные или безумные. И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись, и брал он мечи татарские и сек их татарскими. Татарам почудилось, что мертвые восстали. Евпатий же, насквозь проезжая сильные полки татарские, бил их нещадно. И ездил средь полков татарских так храбро и мужественно, что и сам царь устрашился.
И едва поймали татары из полка Евпатьева пять человек воинских, изнемогших от великих ран. И привели их к царю Батыю, а царь Батый стал их спрашивать: "Какой вы веры, и какой земли, и что мне много зла творите?" Они же отвечали: "Веры мы христианской, а витязи мы великого князя Юрия Ингваревича Рязанского, а от полка мы Евпатия Коловрата. Посланы мы от князя Ингваря Ингваревича Рязанского тебя, сильного князя, почествовать, и с честью проводить, и честь тебе воздать. Да не дивись, царь, что не успеваем наливать чаш на великую силу — рать татарскую". Царь же подивился ответу их мудрому»... Ответ пленных воинов заставляет вспомнить символику многих народных песен, в которых битва уподоблялась пиру: на нем врагов «чествовали» оружием, «подносили» им «чаши» — то есть смерть. Батый решает выслать против Евпатия своего шурина — богатыря Хостоврула. Тот похвастался, что приведет русского воеводу живым. «И обступили Евпатия сильные полки татарские, желая живым его взять. И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполнен силою и рассек Хостоврула на полы до седла. И стал сечь силу татарскую, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних на полы рассекал, а других до седла разрубал.
И возбоялись татары, видя, какой Евпатий крепкий исполин. И навели на него множество орудий для метания камней, и стали бить по нему из бесчисленных камнеметов, и едва убили его. И принесли тело его к царю Батыю. Царь же Батый послал за мурзами, и князьями, и санчакбеями (военачальниками), и стали все дивиться храбрости, и крепости, и мужеству воинства рязанского. И сказали царю мурзы, князи и санчакбеи: "Мы со многими царями, во многих землях, на многих битвах бывали, а таких удальцов и резвецов не видали, и отцы наши не рассказывали нам. Это люди крылатые, не знают они смерти и так крепко и мужественно на конях бьются — один с тысячею, а два с десятью тысячами. Ни один из них не съедет живым с побоища". И сказал Батый, смотря на тело Евпатьево: "О Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотче-вал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной моей орды побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, — держал бы его у самого сердца своего". И отдал тело Евпатия оставшимся людям из его дружины, которых похватали на побоище. И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им».
Евпатий Коловрат, подобно былинным богатырям, уничтожает вражескую силу, противопоставляя ей свою богатырскую мощь. Но, в отличие от былин, сражение оканчивается гибелью героя. Кроме того, Евпатия окружает дружина -- это обычные воины, не богатыри. И, наконец, не забудем, что подвиг и гибель Евпатия вписаны в конкретное историческое событие 1237 года и о Евпатий говорится как о реальном лице — княжеском воеводе. Это переплетение исторической конкретики и эпического вымысла, а также поэтических элементов, близких к поздней народной исторической поэзии, позволяет предположить, что вся история об опоздавшем на битву воине, испившем свою смертную чашу, восходит к историческим песням XIII—XIV веков, в которых запечатлелись трагедия и героизм русских людей времен татаро-монгольского нашествия.

Отзывы

Добавить отзыв

Имя *
E-mail
Текст сообщения *
Код подтверждения код подтверждения
* поля, обязательные для заполнения

Читайте также:

Кунье

   Кунье, герой поздней корейской мифологии. В основе образа Кунье —  мятежник периода политической раздробленности Кореи в 10 в. Рождение героя сопровождалось чудесным событием: над домом, где он появился на свет, навис белый луч вроде  радуги. Поэтому его имя трактуют  как «сын радуги [лука]». Родился Кунье  в день «двойной лошади» (Тано),  т. е. 5-го числа 5-й луны, с развитыми зубами (версия «Самгук саги», или с двумя рядами зубов и двойным  ...
подробнее

И Инь

И Инь, в древнекитайской мифологии легендарный мудрец, живший будто бы в конце династии Ся. Согласно древним преданиям, И Инь был чёрен, у него не росли ни брови, ни усы, ни борода. Он родился в маленькой стране Юсинь. Однажды ночью матери И Иня явилось во сне божество и сказало, что, когда по реке приплывёт деревянная ступка, женщина должна уйти из селения и не оборачиваться. Женщина так и сделала. Часть соседей последовала за ней. Пройдя 10 ли, женщина обернулась ...
подробнее

Боткий ширтка

            БОТКИЙ ШИРТКА - в мифологии ингушей культурный герой. Согласно одному из мифов, дал людям плуг, водяную мельницу. В нарт-орст-хойском эпосе Боткий Ширтка наделён сверхъестественным свойством — отправляться в преисподнюю и возвращаться обратно; когда нарт-орстхойцы набрасываются на него, чтобы убить, он тут же исчезает под землёй. Во всех предприятиях   нарт-орстхойцев Боткий Ширтка — их   советчик, выручающий в критических положениях, они же, использующие его ...
подробнее

Квасир

         Квасир (др.-исл. Kvasir, имя этимологически родственно рус. «квас»), в скандинавской мифологии маленький мудрый человечек, сделанный из слюны богов после окончания войны асов и ванов и первоначально, по-видимому, персонифицировавший хмельной напиток. В «Младшей Эдде» говорится также, что из крови Квасира, убитого карликами (цвергами), был сделан мёд поэзии. В другом месте «Младшей Эдды» упоминается о том, что Квасир по золе от сгоревшей рыболовной сети Локи догадался ...
подробнее

Агенор

                Агенор -  в греческой мифологии сын Посейдона и нимфы  Ливии, царь Тира или Сидона (в Финикии). Когда Зевс похитил дочь Агенора. Европу, отец послал на её поиски сыновей, запретив им возвращаться домой, пока они не найдут сестры. Сыновья Агенора, видя тщетность поисков, постепенно осели в незнакомых местах, которые получили от их имён своё название:  Финикия — от Феникса, Киликия — от Килика, основанная ...
подробнее
добавить в избранное
© 2010 mythologys.ru